Папесса Иоанна

Acte I
La fille d'un honnete artisan, etonne du son savoir, la mere, vulgaire, n'y
voyant rien de bon. Gilbert invite un savant a venir voir sa fille - le
prodige de famille. Preparatifs - ou la mere est seule a fuire tout.

    La passion du savoir.

Le savant (le demon du savoir) arrive au milieu de tout le monde invite par
Gilbert. Il ne parle qu'avec Jeanne et s'en va. Commerage des femmes, joie
du pere - souci et orgueil de la fille. Elle devant St. Simon. L'ambition.
Elle fuit pour aller en Angleterre etudier a l'universite.

En recit
Jeanne a l'universite, sous le nom de Jean de Mayence. Elle se lie avec un
jeune gentilhomme espagnol. Amour, jalousie, duel. Jeanne soutient une these
et est faite docteur. -
Jeanne prieur d'un couvent; regle austere qu'elle y etablit. Les moines se
plaignent...


Acte II
Jeanne a Rome, cardinal; le pape meurt. - Elle est faite pape. -

Jeanne commence a s'ennuyer.

Acte III

Arrive l'ambassadeur d'Espagne, son condisciple. Leur reconnaissance. Elle
le menace de l'Inquisition, et lui d'un eclat. Il penetre jusqu'a elle. Elle
devient sa maitresse. Elle accouche entre le Colisee et le couvent de **. Le
diable l'emporte. {1}


* * *

- И ты тут был? Расскажи, как это случилось?

- Изволь: я только расплатился с хозяином и хотел уже выйти, как вдруг слышу
страшный шум; и граф сюда входит со всею своею свитою. Я скорее снял шляпу и
по стенке стал пробираться до дверей, но он увидел меня и спросил, что я за
человек. - "Я Гаспар Дик, кровельщик, готовый к вашим услугам, милостивый
граф", - отвечал я с поклоном - и стал пятиться к дверям, но он опять со
мной заговорил и безо всякого ругательства. - "А сколько ты вырабатываешь в
день, Гаспар Дик?" - Я призадумался: зачем этот вопрос? Не думает ли он о
новом налоге? На всякий случай я отвечал ему осторожно: "Милостивый граф, -
день на день не похож; в иной выработаешь пять и шесть копеек, а в другой и
ничего". - "А женат ли ты, Гаспар Дик?" - Я тут опять призадумался: зачем
ему знать, женат ли я? Однако отвечал ему смело: "Женат". - "И дети есть?" -
"И дети есть". - (Я решился говорить всю правду, ничего не утаивая.) - Тогда
граф оборотился к своей свите и сказал: "Господа, я думаю, что будет
ненастье; моя абервильская рана что-то начинает ныть. - Поспешим до дождя
доехать; велите скорее седлать лошадей".

... Только зачем вы написали это ужасное слово:
"прискорбие"? Je ne puis pas souffrir се mot. Mettez (Я не переношу этого
слова. Поставьте): с глубокой скорбью.
Брат поправил.
- Я посылаю в "Новое Время". Этого довольно.
- Да, конечно, довольно. Можно еще в "Journal de S. Petersbourg"
("Санкт-Петербургские ведомости").
- Хорошо, я напишу по-французски.
- Все равно, там переведут.
Брат вышел. Жена подошла ко мне, опустилась на кресло, стоявшее возле
кровати, и долго смотрела на меня каким-то молящим, вопрошающим взглядом. В
этом молчаливом взгляде я прочел гораздо больше любви и горя, чем в рыданиях
и воплях. Она вспоминала нашу общую жизнь, в которой немало было всяких
треволнений и бурь. Теперь она во всем винила себя и думала о том, как ей
следовало поступать тогда. Она так задумалась, что не заметила моего брата,
который вернулся с гробовщиком и уже несколько минут стояли возле нее, не
желая нарушать ее раздумья. Увидев гробовщика, она дико вскрикнула и
лишилась чувств. Ее унесли в спальню.
- Будьте спокойны, ваше сиятельство, - говорил гробовщик, снимая с меня
мерку так же бесцеремонно, как некогда делали это портные, - у нас все
припасено: сено, и покров, и паникадилы. Через час их можно переносить в
залу. И насчет гроба не извольте сомневаться: такой будет покойный гроб, что
хоть живому в него ложиться.
Кабинет опять начал наполняться. Гувернантка привела детей. Соня
бросалась на меня и рыдала совершенно как мать, но маленький Коля уперся, ни
за что не хотел подойти ко мне и ревел от страха. Приплелась Настасья -
любимая горничная жены, вышедшая замуж в прошлом году за буфетчика Семена и
находившаяся в последнем периоде беременности. Она размашисто крестилась,
все хотела стать на колени, но живот ей мешал, и она лениво всхлипывала.
- Слушай, Настя, - сказал ей тихо Семен, - не нагибайся, как бы чего не
случилось. Шла бы лучше к себе; помолилась - и довольно.
- Да как же мне за него не молиться? - отвечала Настасья слегка
нараспев и нарочно громко, чтоб все ее слышали...