НАЧАЛЬСТВА Весьма важное лицо. Здесь всё, и сам автор, безмолвствует. Важное лицо...
Даже с Пелагеей, с которой он спал на месте покойного Федота, он был неразговорчив, и только Санька умела вызывать его на разговор и даже на шутку...
Или в пороки впал и гнусность возлюбил, Или чувствительность из сердца истребил? - Душа моя во мне, я тот же, что я был. - Дела твои с тобой, душа твоя с тобою...
Конспективная запись Пушкина народной сказки на этот сюжет
Поп поехал искать работника. Навстречу ему Балда. Соглашается Балда идти ему
в работники, платы требует только три щелка в лоб попу. Поп радехонек,
попадья говорит: "Каков будет щелк". Балда дюж и работящ, но срок уж близок,
а поп начинает беспокоиться. Жена советует отослать Балду в лес к медведю,
будто бы за коровой. Балда идет и приводит мед- ведя в хлев. Поп посылает
Балду с чертей оброк сбирать. Балда берет пеньку, смолу да дубину, садится у
реки, ударил дубиною в воду, и в воде охнуло. "Кого я там зашиб? старого али
малого?" И вылез старый. - Что тебе надо? - "Оброк собираю". - А вот внука я
к тебе пришлю с переговорами. - Сидит Балда да веревки плетет да смотрит.
Бесенок выскочил. "Что ты, Балда?" - Да вот стану море морщить, да вас
чертей корчить. - Бесенок перепугался. - Тот заплатит попу оброк, кто вот
эту лошадь не обнесет три раза вокруг моря. - Бесенок не мог. Балда сел
верхом и объехал. "Ах, дедушка! он не только что в охапку, а то между ног
обнес лошадь вокруг". Новая выдумка: "Кто прежде обежит около моря?" - "Куда
тебе со мной, бесенок? да мой меньшой брат обгонит тебя, не только что я". -
А где-то меньшой брат? - У Балды были в мешке два зайца. Он одного пустил,
бесенок, запыхавшись, обежал, а Балда гладит уже другого, приговаривая:
"Устал ты, бедненький братец, три раза обежал около моря", Бесенок в
отчаянье. Третий способ - дед дает ему трость - "Кто выше бросит?" Балда
ждет облака, чтоб зашвырнуть ее туда и проч. Принимает оброк в бездонную
шапку. Поп, видя Балду, бежит -и берет его в мешке, вместо сухарей -
утопляет ночью попадью вместо его - и проч.
Балда у царя. Дочь одержима бесом. Балда под страхом виселицы берется
вылечить царевну. С нею ночует - берет о собою орехи железные и старые карты
да молоток - знакомого бесенка заставляет грызть железные орехи; играет с
ним в щелчки и бьет бесенка молотком. На другую ночь то же. На третью делает
куколку на пружинах, у которой рот открывается. "Что такое, Балда?" - Пить
хочет - всунь ему стручок-то свой, свою дудочку в рот. Бесенок поймай и
высечен и проч.
... Благословляю вас, забегаловки, дарующие
"Фляйшман" на всех углах Санта-Аны и всяких прочих городишек! Без дураков.
Новенькая - тоньше тонкого. Со здоровенной грудью, сигналящей из
выреза, и черными дырами вокруг глаз, многообещающих глаз. А уж как рот
откроет, такие жабы полезут... Я борюсь с искушением задрать майку и
обрушить на нее великолепие своего пресса, бицепсов и всего грудинно
плечевого пояса. Джексон считал себя уроженцем Южной Каролины, что и
записал его биограф Эймос Кендалл: мол, родился в округе Ланкастер. Но
потом появился Партон со своими документами. И Джексон заново родился. В
Союзном округе, Северная Каролина, а оттуда до границы с Южной меньше
четверти мили. Джексон - мой идеал. Мне даже наплевать на современные
слухи, что у него были паршивые трицепсы. Вот такой я. Культурист, поэт,
почитатель джексонова тулова, отец одного аборта и четырех недоношенных. Ну?
У кого из вас столько же подвигов и ни одной жены? Баскервиллю тяжко не
только в этой его Школе Известных Писателей в Вестпорте, Коннектикут. Ему
везде тяжко. Потому что он - тормоз. "Тормозит парень, однако," - сказал его
первый учитель. Второй был категоричней: "Этот парень тормозит по всей
трассе". Третий оказался самым честным: "Просто какой-то сукин тормоз, мать
его!" Главное, все они были чертовски правы. Пока я изучал Эндрю Джексона и
аборты, толпы вас шатались по улицам Санта-Аны, штат Калифорния, и прочих
городишек, и ведать не ведали обо всем этом. "В случаях, когда пациент
воспринимает доктора, как мудрого и многоопытного собирателя
психологического материала, знатока экзотических привычек, у него нередко
возникает тенденция представить себя красочней, эксцентричней (или
безумней), чем на самом деле. Или он острит напропалую, или фантазирует."
Сечете? В журнале навалом такой фигни, вползающей в извилины...