Но меня толкнуло на это не только прежнее сожаление о том, что я не знаю ее тела. Сидя на циновках в одной комнате с Кэса в доме у Коромогава, я заметил, что это сожаление как-то незаметно для меня ослабело...
Затем я спросил, где дом вдовы раввина, и мне его показали. Я вошел во двор, в один из тех дворов, при виде которых у вас возникает сомнение, живет ли здесь кто-нибудь вооб..
я вправо спускается с горы и оканчивается круглой угловой башнею, покрытой, как чешуею, зелеными черепицами; немного левее этой башни являются бесчисленные куполы церкви Василия Блаженного,..
Он был гением, великим человеком, писателем с большой буквы. Его произведения бессмертны, его имя — вечно. Он прожил бурную жизнь, полную печали и радости, смеха и слез, поэзии и прозы. Он оставил потомкам огромное количество произведений, в которые вложил душу. Его имя — А.С. Пушкин.
Его знает каждый ребенок. Но знает поверхностно. Полностью же его можно узнать, только прочитав “Онегина” — бесценное произведение, которым всегда гордился русский народ. Пушкин работал над романом “Евгений Онегин” много лет, это было самое любимое его произведение. Белинский назвал его “энциклопедией русской жизни”. Действительно, в этом романе дана картина всех слоев русского общества. Роман был для поэта, по его словам, плодом “ума холодных наблюдений и сердца горестных замет”. В этом “в высшей степени народном произведении”, как назвал роман великий критик В.Г. Белинский, Пушкин предстает перед читателем таким, каким был на самом деле. Он описывает себя откровенно, не скрывая своих недостатков, но и не стесняясь показывать свои достоинства. Но все познается в сравнении. И на первый взгляд незаметно, что Пушкин на протяжении всей поэмы сравнивает себя с Онегиным. В чем-то они очень похожи, в чем-то совершенно разные.
И автор, и герой, воспитанные в благородных семьях, получившие хорошее образование, в молодости вели разгульный образ жизни: обожали балы, вечеринки, женщин. В них кипела кровь, страсть. Они оба разбивали сердца и оставляли надежды, говорили слова любви и ревновали, возвращались и уходили навсегда. Но этот бурный образ жизни оказался невечным. Пушкин и Онегин как будто оба повзрослели. Им стали безразличны балы, и даже те кокетки, от которых раньше они были без ума.
В обоих сердца жар угас;
Обоих ожидала злоба
Слепой Фортуны и людей...
После такого переломного момента в судьбе очень важно найти себя, найти то, чему посвятить оставшуюся жизнь. Пушкин это понял. Он начал писать великолепные произведения, тем самым обеспечив себе вечную жизнь и долгую память. А что Онегин? Он так и не смог найти себе занятие по душе, не смог самоутвердиться, научиться приносить пользу людям, как тот, кто его создал. Онегин обрек себя на душевную погибель, на вечные муки.
Еще одной общей чертой для Онегина и Пушкина была огромная любовь к свободе и путешествиям. Им хотелось дышать полной грудью. Для героя и для создателя были невыносимы те оковы, которые на них надело светское общество, не понимающее, что такое настоящая жизнь. В кругу этих людей царили интриги, жестокость и ненависть. Стоило сделать один неправильный шаг — и ты враг народа. Сплетни погубили Ленского, именно из-за боязни сплетен Ленский не отступил в последний момент перед дуэлью они, душили Онегина и не давали спокойно жить Пушкину.
И вот общественное мненье!
Пружина чести, наш кумир!
И вот на чем вертится мир!
Какими бы ни были разными Пушкин и Онегин, их объединяет недовольство тем, как устроена российская действительность. Умный, насмешливый поэт был настоящим гражданином, человеком, который не был равнодушен к судьбе своей страны. Онегина же Пушкин мечтал сделать декабристом, и в этом сказалось все его уважение к своему герою.
“Евгений Онегин” — своеобразная пушкинская биография. В этом романе — его душа, мысли и чувства. В нем он создал себе подобного — человека, судьба которого будет волновать еще не одно поколение и через которого можно лучше узнать того гения, чьи произведения бессмертны и чье имя вечно...
Тем временем:
... Бывало в простоте, в безмолвии вы жили, А нынче стали знать мазурку и кадрили. Ну, право, тяжкий грех, оставьте этот вздор; Смотрите, вот на вас составлен у:х собор. Вот скоро Фотий сам с вас мерку нову снимет, Нарядит в кофты всех, а лишнее все скинет. Вот скоро, дайте лишь собрать владыкам ум, Они вам выкроят уродливый костюм! Задача им дана, зарылись все в архивы. В пыли отцы, в поту! Вот как трудолюбивы: Один забрался в даль под Авраамов век Совета требовать у матушек Ревекк, Другой перечитал обряды назореев, Исчерпал Флавия о древностях евреев, Иной всей Греции костюмы перебрал, Другой славянские уборы отыскал. Собрали образцы, открыли заседанье И мнят, какое ж дать поповнам одеянье, Какое - попадьям, какое - детям их? Решите же, отцы! Но спор возник у них: Столь важное для всех, столь чрезвычайно дело Возможно ль с точностью определить так смело? Без споров обойтись отцам нельзя никак, Иначе попадут в грех тяжкий и просак. О чем же этот спор? Предмет его преважный: Ходить ли попадьям в материи бумажной, Иметь ли шелковы на головах платки, Носить ли на ногах Козловы башмаки? Чтоб роскошь прекратить, столь чуждую их лицам, Нельзя ли обратить их к древним власяницам; А чтоб не тратиться по лавкам, по швеям, Не дать ли им покров пустынный, сродный нам? Нет нужды, что они в нем будут как шутихи, Зато узнает всяк, что это не купчихи, Не модны барыни, а меж церковных жен. Беда вам, матушки, дождались перемен! Но успокойтесь, страх велик лишь издали бывает: Вас Шаликов своей улыбкой ободряет: Молчите, говорит, я сам войду в синод, Представлю свой журнал, и, верно, в новый год Повеет новая приятная погода Для вашей участи и моего дохода. Как ни кроить убор на вас святым отцам, Не быть портными им, коль мысли я не дам.
1825
НОЧЬ
Умолкло все вокруг меня: Природа в сладостном покое; Едва блестит светило дня; В туманах небо голубое. Печальной думой удручен, Я не вкушу отрады ночи И не сомкнет приятный сон Слезой увлаженные очи. Как жаждет капли дождевой Цветок, увянувший от зноя, Так жажду, мучимый тоской, Сего желанного покоя...
