“Повести Белкина”, несмотря на то, что были написаны Болдинской осенью 1830 года, в дни не самые радостные и светлые для поэта, пронизаны насквозь любовью к человеку. Кроме того, в этих произведениях автор очень доступно показал расхождение между природой человека и ролью, навязанной ему обществом и социальным положением. Взять хотя бы “Барышню-крестьянку”. В основе произведения — взаимоотношения двух молодых людей: Лизы Муромцевой и Алексея Берестова. Для того чтобы как-то познакомиться с молодым Берестовым, слава об уме и красоте которого разошлась по всей округе, Лиза, дочь Григория Ивановича Муромцева, первейшего недруга старшего Берестова, нарядилась крестьянской девушкой и отправилась рано поутру в лес будто бы за грибами. На самом деле была хорошо известна привычка недавно появившегося в тех краях обольстителя девичьих сердец ездить утром на охоту. Войдя в лес, Лиза, затеявшая эту шутку, несказанно волновалась, “сердце ее сильно билось, само не зная почему...” Как девушка и предполагала, Алексей Берестов вскоре появился. Здесь, в лесу, между молодыми людьми завязался разговор, который послужил началом их большой любви. Алексею все нравилось в крестьянской девушке, он “был в восхищении, целый день думал он о новой своей знакомке; ночью образ смуглой красавицы и во сне преследовал его воображение”. Лиза тоже была покорена красотой, обаянием и благородством молодого человека. Они начали встречаться, и со временем “мысль о неразрывных узах довольно часто мелькала в их уме, но никогда они о том друг с другом не говорили”. Лиза “ведала, какая ненависть существовала между их отцами, и не смела надеяться не взаимное примирение”, а Алексей, “как ни привязан был к милой Акулине, все помнил расстояние, существующее между им и бедной крестьянкою”. Несмотря на то, что счастье было так близко, оно, в то же время, было и очень далеко. И виною всему — условности, предрассудки героев. Отчаяние Алексея достигло предела после того, как отец его стал настаивать на женитьбе. Тем более, что девушка, которую сватал отец, совсем ему не понравилась, хоть и была одного с ним сословия. Перед молодым человеком встала проблема выбора — либо согласиться с требованиями отца и жить в богатстве, либо жениться на крестьянке без отцовского благословения и добывать средства на жизнь своим трудом. Долго думать Алексею не пришлось: благородство и сила любви к крестьянской девушке были так сильны, что решение тут же пришло — жениться на Акулине, “и чем более думал он о сем решительном поступке, тем более находил в нем благоразумия”. Не медля ни минуты, Алексей написал Акулине письмо, в котором предлагал ей свою руку и сердце. Положив письмо в дупло, как они и договорились, молодой Берестов “лег спать весьма довольный собою”. Вскоре последовала и развязка — Алексей узнает, что Акулина на самом деле не Акулина, а Лиза. Его возлюбленная не крестьянка, а такая же, как и он, дворянка. Главный герой повести Алексей Берестов стал выше предрассудков или — сказать точнее — готов был стать, готов был переступить через условности, которые ему навязывал его дворянский статут и которые никак не мирились с его внутренним миром, его моралью и сознанием. Отрицание этих предрассудков, изобличение их, добрый взгляд на жизнь и человека — в этом, мне кажется, заключена основная идея повести “Барышня-крестьянка”.
Тем временем:
...
Другой патриот, человек бодрый, энергический, умный до тонкости и самый любезный из русских людей - это Никол<ай> Ник<олаевич> Муравьев, генерал-губернатор Восточной Сибири. Имя его довольно популярно у нас: все знают, как сильно и умно распоряжается он в Сибири, не секрет уже и то, что он возвратил России огромный и плодоносный лоскут Сибири по реку Амур включительно, вопреки Министерству иностр<анных> дел, действуя под непосредственным надзором и полномочием царя, при множестве врагов, доносов и проч. Молодец! И хозяин он славный, принимает гостей радушно, как русский, и вежливо, как европеец вообще. Я теперь у него в гостях, то есть ежедневно у него обедаю, за неимением приглашений в другие дома. Знаете ли, что камчатская победа была плодом его распоряжений. Мы плыли в Татарском проливе на шкуне в Аян. А что, если англичане придут в Камчатку? - спросил я. А пусть придут, - отвечал он, - теперь там 70 пушек, и я послал туда 300 человек казаков: пусть придут! - Какой чудак, - подумал я, - что он сделает 70 пушками, когда на каждом военном судне около 50 пушек и до 400 человек народу! А вот он предсказал успех, стало быть, был уверен. Но это еще ничего, что он патриот, иначе и быть не может и не должно. А вот жена его, француженка, парижанка, та, говоря о русских, говорит мы, то есть nous, а о французах eux, ils и с радостью предсказывает, что nous поколотим eux везде и всегда. Она любит не только Россию и русских, но Сибирь и Камчатку, куда ездила с мужем и верхом по горам и болотам, и морем, и в мае сбирается в те места вторично по Амуру на барке.
Вчера она сказала, что велела мне сварить и заморозить в куски на дорогу чи, то есть щи, и напечь кренделей. Когда французы что соврут в газетах, она называет их lвches. трусы, подлецы (фр.)
Я могу выехать через два дня, 15-го числа. Николай Никол<аевич> удерживает меня до 19-го, до великолепного бала, который он дает, но когда сочли время, то увидели, что мне надо приехать в Петербург к 25-му февраля. Скакать сломя голову я не могу: если я три дня еду день и ночь, на четвертые сутки надо остановиться, а то делаются приливы к голове, геморроидальные припадки и несварение желудка, обнаруживающееся сильной рвотой...
