бя сыном Бога, и было по вере его, и мастерские и гаражи, где он работал переполнялись теми, кто искал его учения и его прикосновения, а улицы поблизости - теми, кто жаждал лишь того, чтобы..
Питер Дженнингс, комментатор Эй-би-си тут же выдал это в эфир в вечерних новостях, а русские тут же кое-ч..
Можешь идти. Вельвицкий. Слушаю-с. Так, стало быть-с, бумаги по делу вдовы Кауровой приготовить-с?.. Балагалаев. Ну, конечно, конечно...
«Медный всадник», закладка на странице 1 (прочитано 0%)
«Сказка о царе Салтане, о сыне его славном и могучем богатыре князе Гвидоне Салтановиче и о прекрасной царевне Лебеди», закладка на странице 1 (прочитано 0%)
«Сказка о рыбаке и рыбке», закладка на странице 1 (прочитано 0%)
«Сказка о золотом петушке», закладка на странице 1 (прочитано 0%)
«Творческие планы писателя», закладка на странице 1 (прочитано 0%)
Пока меня без милости бранят
За цель моих стихов - иль за бесцелье,-
И важные особы мне твердят,
Что ремесло поэта - не безделье,
Что славы прочной я добьюся вряд,
Что хмель хорош, но каково похмелье?
И что пора б уж было мне давно
Исправиться, хоть это мудрено.
Пока сердито требуют журналы,
Чтоб я воспел победы россиян
И написал скорее мадригалы
На бой или на бегство персиян,
В ранней редакции за третьей строфой следовало:
IV
У нас война. Красавцы молодые!
Вы, хрипуны (но хрип ваш приумолк),
Сломали ль вы походы боевые?
Видали ль в Персии Ширванский полк?
Уж люди! мелочь, старички кривые,
А в деле всяк из них, что в стаде волк.
Все с ревом так и лезут в бой кровавый,
Ширванский полк могу сравнить с октавой.
V
Поэты Юга, вымыслов отцы,
Каких чудес с октавой не творили!
Но мы ленивцы, робкие певцы,
На мелочах мы рифмы заморили,
Могучие нам чужды образцы,
Мы новых стран себе не покорили,
И наших дней изнеженный поэт
Чуть смыслит свой уравнивать куплет.
VI
Ну, женские и мужеские слоги! {1}
. . . . . . . . . . . . . . . . .
VII
Октавы трудны (взяв уловку лисью,
Сказать я мог, что кисел виноград).
Мне, видно, с ними над парнасской высью
Век не бывать. Не лучше ли назад
Скорей вести свою дружину рысью?
Уж рифмами кой-как они бренчат -
Кой-как уж до конца октаву эту
Я дотяну. Стыд русскому поэту!
VIII
Но возвратиться все ж я не хочу
К четырехстопным ямбам, мере низкой.
С гекзаметром... о, с ним я не шучу:
Он мне невмочь. А стих александрийской?..
Уж не его ль себе я залучу?
Извивистый, проворный, длинный, склизкой
И с жалом даже - точная змия;
Мне кажется, что с ним управлюсь я.
IX
Он вынянчен был мамкою не дурой
(За ним смотрел степенный Буало),
Шагал он чинно, стянут был цезурой,
Но пудреной пиитике назло
Растреплен он свободною цензурой -
Учение не впрок ему пошло:
Hugo с товарищи, друзья натуры,
Его гулять пустили без цезуры.
X
От школы прежней он уж далеко,
Он предался совсем другим уставам.
Как резвая покойница Жоко {2},
Александрийский стих по всем составам
Развинчен, гнется, прыгает легко -
На диво всем парнасским костоправам -
Они ворчат: уймется ль негодяй?
Какой повеса! экий разгильдяй!..
XI
О, что б сказал поэт законодатель {3},
Гроза несчастных, мелких рифмачей,
И ты, Расин, бессмертный подражатель,
Певец влюбленных женщин и царей,
И ты, Вольтер, философ и ругатель,
И ты, Делиль, парнасский муравей,
Что б вы сказали, сей соблазн увидя,-
Наш век обидел вас, ваш стих обидя.
XII
У нас его недавно стали гнать
(Кто первый? - можете у Телеграфа {4}
Спросить и хорошенько все узнать).
Он годен, говорят, для эпиграфа
Да можно им порою украшать
Гробницы или мрамор кенотафа,
До наших мод, благодаря судьбе,
Мне дела нет: беру его себе.
