Наконец мы остановились. Послышался шум весел, и я скоро почувствовал, что нахожусь в лодке. Это меня несколько успокоило...
Она вернулась к пациенту и ощупала его живот. До кишечника кандидоз еще не добрался. Вдруг Клер замерла. Незнакомец свистел. Громко свистел. И весело. Он не был болен. Ни один больной не станет так свистеть в приемной...
Тут, в Кремле, напоминающем выставку церквей и дворцов, у подножия одного из этих дворцов, стоит маленький трехэтажный домик...
«Медный всадник», закладка на странице 1 (прочитано 0%)
«Сказка о царе Салтане, о сыне его славном и могучем богатыре князе Гвидоне Салтановиче и о прекрасной царевне Лебеди», закладка на странице 1 (прочитано 0%)
«Сказка о рыбаке и рыбке», закладка на странице 1 (прочитано 0%)
«Сказка о золотом петушке», закладка на странице 1 (прочитано 0%)
«Творческие планы писателя», закладка на странице 1 (прочитано 0%)
В числе молодых людей, отправленных Петром Великим в чужие края, для
приобретения сведений, необходимых государству преобразованному, находился
его крестник, арап Ибрагим. Он обучался в парижском военном училище, выпущен
был капитаном артиллерии, отличился в Испанской войне и, тяжело раненный,
возвратился в Париж. Император посреди обширных своих трудов не преставал
осведомляться о своем любимце и всегда получал лестные отзывы насчет его
успехов и поведения. Петр был очень им доволен и неоднократно звал его в
Россию, но Ибрагим не торопился. Он отговаривался различными предлогами, то
раною, то желанием усовершенствовать свои познания, то недостатком в
деньгах, и Петр снисходительствовал его просьбам, просил его заботиться о
своем здоровии, благодарил за ревность к учению и, крайне бережливый в
собственных своих расходах, не жалел для него своей казны, присовокупляя к
червонцам отеческие советы и предостерегательные наставления.
По свидетельству всех исторических записок ничто не могло сравниться с
вольным легкомыслием, безумством и роскошью французов того времени.
Последние годы царствования Людовика XIV, ознаменованные строгой набожностию
двора, важностию и приличием, не оставили никаких следов. Герцог Орлеанский,
соединяя многие блестящие качества с пороками всякого рода, к несчастию, не
имел и тени лицемерия. Оргии Пале-Рояля не были тайною для Парижа; пример
был заразителен.